Twice ToldPetr Semenov-Tian-Shansky, Memoirs vol. 2, the journey into the Tian Shan, 1857: the Santash pass and its stones
- Language
- Russian
- Reading
- transcribed from the page image
- Translation
- ours
- Retrieved
- 15 October 2026
Semenov-Tian-Shansky led the 1856-1857 Tian Shan expedition. The chapter opens on 9 June 1857, when his Cossack detachment left the camps of Burambai, the Kyrgyz chief of the Bugu tribe, and crossed the Santash pass. This is the 1946 printing of his memoirs, not a field diary, and the pages we read do not say when the account was written.
[p. 164] Весь наш караван очень быстро вышел из аулов Бурамбая на близкий от них горный перевал Санташ через горный водораздел между илийским и иссыккульским бассейнами.
Санташ очень мало возвышался над кочевьями Бурамбая и получил своё название от груды камней («Санташ» значит тысяча камней), наваленных на берегу небольшого озера.
Относительно этой груды камней сохранилось между каракиргизами следующее предание. Когда Тимур (Тамерлан) в последней [p. 165] четверти XV века предпринял свой первый поход из Самарканда мимо южного побережья озера Иссык-куль в отдалённые восточные страны Азии, то он направился в нынешнюю китайскую Илийскую провинцию через самый удобный перевал из иссыккульского бассейна в илийский, получивший имя Санташ только после Тамерланова похода по следующему обстоятельству. Так как Тимур шёл во главе несметного войска, то на перевале, ведущем в неподчинённые ещё его владычеству страны, ему вздумалось сосчитать количество своих войск ещё до начала военных действий. Для этой цели, проходя по прибрежью Иссык-куля, он приказал каждому из своих воинов захватить с собой по одному камню. При переходе через перевал Тимур приказал своими [sic] воинам сложить захваченные камни в одну груду на берегу находившегося на перевале озера. Таким образом, число сложенных в груду камней представило полную численность войска, перешедшего через перевал. Когда же, после продолжительного похода, Тимур, победив всех своих врагов во множестве битв и завоевав обширные страны на востоке, возвращался в свою столицу тем же путём через Санташ, то он вздумал произвести новый счёт своей победоносной армии и приказал каждому воину, возвращавшемуся через Санташ, захватить по одному камню из сложенной там груды. Груда эта чрезвычайно уменьшилась, но зато, когда она была пересчитана, то численность её представила, с одной стороны, число погибших во время похода воинов, а с другой — осталась навсегда их памятником, сложенным в чуждой стране их собственными руками.
Translation
“The whole caravan left Burambai’s camps very quickly and climbed the nearby Santash pass, which crosses the watershed between the Ili and Issyk-Kul basins.
Santash rises very little above Burambai’s nomad camps. It takes its name from a heap of stones (‘Santash’ means ‘a thousand stones’) piled on the shore of a small lake.
The Kara-Kyrgyz keep the following tradition about this heap. In the last quarter of the fifteenth century [as printed; Timur died in 1405], Timur (Tamerlane) set out from Samarkand on his first campaign, past the south shore of Lake Issyk-Kul, toward the distant eastern lands of Asia. He made for what is now China’s Ili province by the easiest pass from the Issyk-Kul basin into the Ili basin, which only got the name Santash after his march, for this reason. Timur was leading a countless army, and at the pass, which led into countries not yet under his rule, he wanted to count his troops before the fighting began. So as he went along the Issyk-Kul shore he ordered each soldier to take one stone with him. At the crossing he ordered his soldiers to lay the stones they had brought in one heap on the shore of the lake at the pass. In this way the number of stones in the heap showed the full strength of the army that had crossed. Then, after a long campaign, having beaten all his enemies in many battles and conquered vast lands in the east, Timur came back toward his capital by the same road through Santash. He wanted to count his victorious army again, and ordered each soldier coming back through Santash to take one stone from the heap. The heap had shrunk enormously, but when the stones were counted, their number showed on the one hand how many soldiers had died on the campaign, and on the other the heap remained forever as their monument, raised in a foreign land by their own hands.”
Notes
“Kara-Kyrgyz” (каракиргизы) is Semenov’s name for the Kyrgyz. Semenov glosses the name as “a thousand stones”; Valikhanov, a year earlier, glosses it “counting stone”. Semenov dates Timur’s march to the last quarter of the fifteenth century; Timur died in 1405. The printed text reads “своими воинам” where the grammar wants “своим воинам”; transcribed as printed.